Воскресение: обман или исторический факт?

Оглавление
Воскресение: обман или исторический факт?
Важность воскресения Христа
Христос говорит о своем грядущем воскресении
Исторический подход
Свидетельства истории и закона
Свидетельства ранних отцов церкви
Обстоятельства событий у гробницы перед воскресением
Обстоятельства событий после воскресения
Иисус был жив — явления после воскресения
Достоверный исторический факт
"Теории", выдвигавшиеся для объяснения воскресения
Теория обморока
Теория похищения
Теория галюцинации
Теория"ошиблись гробницей"
Заключение

ТЕОРИЯ ПОХИЩЕНИЯ

Точка зрения: Тело было похищено учениками

Евангелист Матфей пишет следующее о теории, которой многие в его время объясняли исчезновение Тела Христа:
„Когда же они шли, то некоторые из стражи, вошедши в город, объявили первосвященникам о всём бывшем. И сии, собравшись со старейшинами и сделавши совещание, довольно денег дали воинам и сказали: скажите, что ученики Его, пришедши ночью, украли Его, когда мы спали; и если слух об этом дойдёт до правителя, мы убедим его и вас от неприятности избавим. Они, взявши'деньги, поступили, как научены были. И пронеслось слово сие между Иудеями до сего дня" (Матф. 28:11 — Версия о похищении в том виде, как она была записана Матфеем, была некоторое время популярна среди евреев. Об этом мы узнаем из трудов Иустина Мученика, Тертуллиана и других авторов.

Профессор Торберн делает следующие наблюдения:

В „Диалоге против Трифона" Иустина Мученика еврей говорит о „некоем Иисусе, обманщике из Галилеи, которого мы распяли; но ученики Его ночью выкрали тело из гробницы, куда положили Его после снятия с креста, и ныне обманывают людей сказками о Его восстании из мёртвых и вознесении в небеса".

Об этом пишет и Тертуллиан („Апология", 21): „В гробнице нашли только одежду погребённого. И всё же еврейские вожди, равно стремившиеся распространить ложь за пределами своей страны и удержать от веры людей в почтении и повиновении им, пустили слух о том, что тело Христа было похищено Его учениками". Ту же мысль он с тонкой иронией повторяет в другой работе („О зрелищах" (30): „Вот Тот, Кого тайно похитили ученики, чтобы говорить, что Он воскрес из мёртвых, или Тот, Кого вынес из гробницы садовник, чтобы его урожай не вытоптали толпы паломников!"

Мы встречаем это утверждение и в средневековой еврейской литературе. Его повторяет Раймарус, когда пишет, что „ученики Христа похитили Его тело в первые же сутки после похорон, разыграли на месте погребения комедию с пустой гробницей, а публичное объявление воскресения отложили на пятидесятый день, когда тело уже полностью разложилось".
На положения и аргументы этой теории полностью ответил ещё Ориген".

Иоанн Златоуст из Антиохии (347—407 гг.) так писал о теории похищения:

„Ибо воистину даже это говорит об истинности воскресения, даже их уверения в том, что ученики похитили Его. Ибо это язык людей, признающих исчезновение тела. И если они согласны, что тела там не было, а похищение представляется мыслью ложной и невероятной, поскольку они следили за гробницей, и печати были нетронуты, а ученики слишком робки, то доказательство воскресения становится отсюда неопровержимым".

Опровержение

Исчезновение тела из гробницы следует каким-то образом объяснить.

Профессор Э. Ф. Кеван отмечает, что пустая гробница сама по себе ещё не обязательно доказывает, что Христос воскрес, однако ставит нас перед выбором из двух возможностей. „Исчезновение Тела было либо Божьим делом, либо человеческим". Обе эти возможности следует рассмотреть беспристрастно и принять ту из них, которая с большей вероятностью соответствует истине.

„Выбор между этими возможностями, тем не менее, не представляет трудности, — продолжает Кеван. — У врагов Христа не было причин похищать Его тело; у Его друзей не было для этого власти. Римляне были заинтересованы в том, чтобы Тело оставалось на своём месте, а версия о краже Его учениками представляется невероятной. Следовательно, власть, которой Тело Спасителя было унесено из гробницы, была Божественной".

„Если Иисус, Которого в пятницу положили в гробницу, к воскресенью исчез из неё, то либо Его Тело вынесли оттуда, либо Он вышел из склепа Своей властью. Других возможностей здесь нет. Вынесли ли Его Тело? Кто? Друзья или враги? Последние поставили наряд охраны у Его гробницы и, следовательно, у них не было причин убирать Тело. Более того, они не стали бы этого делать из благоразумия, поскольку исчезновение Тела облегчило бы распространение историй о воскресении, которые могли бы придумать ученики. Самое мудрое в их положении было охранять Тело в качестве доказательства, чтобы в ответ на любые рассказы о воскресении сказать: „Вот Его Тело, Он не воскрес".

Что до Его друзей, то похищать Тело у них не было ни желания, ни возможностей". (Камю.)

„…Эти солдаты не могли объяснить, почему гробница оказалась пустой, — пишет Уилбур Смит, — и синедрион научил их, что говорить, попутно подкупив, чтобы они могли в страхе повторять эту спешно сочинённую сказку".

Версия, которую требовалось распространить, — комментирует А б"Брюс, — свидетельствует о факте, который нуждался в объяснении, е исчезновении Тела. Подразумевается также, что солдаты знали о ложности заявления на этот счёт".

Неубедительность гипотезы о похищении Тела Христа учениками.

Никто не сомневался в показаниях стражи. Матфей пишет лишь, что „..некоторые из стражи, вошедши в город, объявили первосвященникам о всём бывшем" (Матф. 28:11).

Профессор Р. С. Х. Ленский отмечает, что первосвященники получили известие о воскресении Христа от своих собственных свидетелей, „воинов, которых они сами поставили охранять гробницу, наиболее надёжных из всех мыслимых свидетелей". Показания воинов были сразу приняты в качестве истины; первосвященники знали, что у стражи не было оснований лгать.
„Следует прежде всего отметить, — соглашается профессор Смит, — что еврейские власти никогда не ставили под сомнение показаний стражников. Они не пошли удостовериться в исчезновении тела, поскольку и без того знали, что гробница была пуста. Стражники никогда не вернулись бы в город с подобной историей, исходящей из их уст, если бы речь не шла о реальных, неоспоримых событиях, в той мере, в которой они сами их воспринимали. Еврейские власти велели солдатам повторять историю, которая объясняла, каким образом гробница стала пустой".

Профессор Альберт Роупер пишет об Анне и Каиафе: „Их лицемерное объяснение исчезновения Тела Иисуса из гробницы выдаёт ложность их обвинений. В противном случае, зачем бы им было подкупать солдат, чтобы те распространяли свои лжесвидетельства?"

Приняв показания стражников, евреи, таким образом, молчаливо согласились с тем, что Тело Христа исчезло из гробницы. Выдуманная ими сказка о похищении Тела учениками — лишь неудачная отговорка, придуманная за неимением лучшего объяснения.

Против похищения Тела из гробницы были приняты тщательные меры предосторожности, которые сорвали бы любой план учеников выкрасть Иисуса из склепа.

„Будем справедливы, — пишет профессор Роупер. — Перед нами объяснение, которое для мыслящего челове а не может н чего объяснить, решение, которое ничего не решает. Когда первосвященники уговорили Пилата приказать „охранять гроб до третьего дня", имеющиеся факты заставляют думать, что гробница действительно охранялась самым надёжным образом. Дальнейшие рассуждения неизбежно приводят нас к выводу, что меры, принятые против попыток друзей Иисуса украсть Его Тело, составляют неопровержимое доказательство того, что они никак не могли его похитить".

Как подчёркивается в „Популярной библейской энциклопедии" под редакцией С. Фаллоу, „ученикам было не под силу бороться с римской властью. Как могла вооружённая стража проиграть схватку с горсткой робких людей?"

Иоанн Златоуст пишет о женщинах которые ранним утром в воскресенье пришли к могиле Иисуса: „Они считали, что никто из людей не мог взять Его, охраняемого таким множеством воинов, если только Он не воскрес Сам".

Уныние и страх, охвативши учеников, убедительно говорят, что им неоткуда было внезапно взять достаточно смелости и отваги, чтобы I выступи ь против наряда стражи у гробницы и похитить Тело. 4 Настроение у них было явно неподходящим для такого подвига.

„Ученики, покинувшие Иисуса во время суда, — отмечает Уилбур Смит, — не обладали ни отвагой, ни физической силой, чтобы напасть на отряд воинов".

„Эти ученики, — продолжает Смит, — были не в том настроении, чтобы выступить против римских воинов, преодолеть сопротивление всей стражи и выкрасть Тело из гробницы. Лично я думаю, что подобная попытка стоила бы им жизни, но они не были способны даже предпринять её. В ночь на четверг на той неделе Пётр показал себя трусом, и когда во дворе у первосвященника служанка обвинила его в близости к осуждённому назареянину, он начал ради спасения собственной шкуры отрекаться от своего Господа, клясться и божиться. Что могло настолько переменить Петра за эти несколько часов, что он из такого труса превратился бы в героя, рвущегося в бой с римскими воинами?"

„Популярная Библейская энциклопедия" под редакцией С. Фаллоу, пишет, что ученики „скорее всего… не стали бы пытаться, и практически точно им не удалось бы" выкрасть Тело из гробницы.

„Каким образом они смогли бы похитить Тело? Хилые и робкие существа, покинувшие Иисуса, как только Его схватили; даже Пётр, самый смелый из них, задрожал от речей служанки и трижды отрицал, что знает Его. Неужели при таком характере эти люди отважились бы на поединок с властью наместника? Неужели они осмелились бы противостоять решимости синедриона, вступить*схватку со стражей или начать бой с вооружёнными, бывшими начеку, воинами? Если Христос не воскрес из мёртвых (я говорю языком неверующих), то Он обманул Своих учеников тщетными надеждами на воскресение. Разве ученики не I открыли бы Его самозванства? Разве стали бы они рисковать жизнью, пускаясь в такое опасное предприятие ради человека, который так жестоко воспользовался их легковерием? И даже если предположить, что они разработали план похищения Тела, ка ким образом они сумели бы его осуществить?"

„В этой кучке учеников, — отмечает профессор А. Роупер,не было ни одного, кто отважился бы проникнуть в эту запечатанную гробницу, даже если у неё не стояла бы римская стража. Мысль о том, что кто-то из них выполнил бы подобное предприятие, преодолев все предпринятые меры предосторожности, совершенно нелепа".

Если солдаты спали, как они могли утверждать, что Тело украдено учениками?

В „Популярной библейской энциклопедии" приводится следующий комментарий по поводу теории похищения: „Стражники либо спали, либо бодрствовали, — писал Блаженный Августин, — если они бодрствовали, то как они допустили похищение Тела? Если же они спали, то откуда им было знать, что Тело украдено учениками? Как они осмеливаются в таком случае твердить о краже?"

Римская стража, считает А. Б. Брюс, „прекрасно знала, что никто из наряда не спал на посту, и что никакой кражи не произошло. Ложь, столь хорошо оплаченная священниками, самоубийственна — одна её половина опровергает другую. Спящие часовые не могли знать, что произошло".

„Если требовалось бы заключительное доказательство воскресения Христа, — замечает профессор Дейвид Браун, — то им могла бы служить глупость объяснений, которые давали подкупленные стражники. Мало того, что все часовые вряд ли могли одновременно заснуть на посту, это ещё менее вероятно в данном случае, когда власти так беспокоились о том чтобы могила оставалась нетронутой…"

О теории, состряпанной еврейскими правителями, Пол Литтл отзывается так: „Они дали солдатам денег и велели им объяснить, что ученики пришли ночью и украли Тело, покуда часовые спали. Лживость этой сказки настолько очевидна, что Матфей даже не берёт на себя труда опровергать её. Какой судья стал бы слушать, если бы вы заявили ему, что покуда вы спали, в ваш дом прокрался сосед и украл ваш телевизор? Какой спящий знает, что вокруг него происходит? Такие показания осмеяли бы в любом суде".

Солдаты не могли заснуть на посту, так как это грозило им смертной казнью от высшего начальства.

„Заснувшего на посту обычно наказывали смертью, — пишет профессор А. Б. Брюс. — Неужели солдат за какие бы то ни было деньги можно было уговорить пойти на такой риск? Разумеется, они могли взять деньги и удалиться, смеясь над теми, от кого они их получили, чтобы сообщить своему начальнику всю правду. Чего ещё могли ожидать первосвященники? И как они могли всерьёз сделать своё предложение? В этой истории есть тёмные места".

Возможность того, что римские часовые заснули на своём посту, разбирает Эдвард Гордон Селуин, которого мы цитируем по У. Смиту: „То, что все они без исключения заснули на посту, выполняя задание столь чрезвычайной важности, т. е. именно следя за тем, чтобы Тело не похитили… представляется невероятным, в особенности если учесть, что стражники эти подчинялись строжайшей в мире дисциплине. Римский часовой, заснувший на своём посту, карался смертью. И всё же эти стражники не были казнены, и даже правители, расстроенные и раздражённые срывом своего плана охраны тела, не сочли их виновными… Практически самоочевидно, что еврейские правители и сами не верили в ту версию, которую за деньги велели распространять солдатам. В противном случае, отчего они немедленно не арестовали и не допросили учеников? Ведь поступок, который им приписывался, был серьёзным преступлением против существующих властей. Почему их не заставили вернуть Тело? А если они не могли опровергнуть предъявленное обвинение, почему их не наказали за совершённое преступление? …Нет ни единого намёка на то, что правители пытались хотя бы обосновать свои обвинения".

Английский богослов и философ Уильям Пейли пишет: „Как справедливо замечал д-р Таунзенд… в рассказе стражников содержится тайный умысел. „Ученики Его пришли ночью, и украли Его, пока мы спали". В таких обстоятельствах никто не станет признаваться в своём недосмотре, если только не получит гарантий защиты и оправдания".

Камень у входа в гробницу отличался исключительно большими размерами. Даже если ученики действительно пытались украсть Тело, покуда солдаты спали, те неизбежно проснулись бы от шума при передвижении камня.

Профессор Уилбур Смит считает, что „эти воины неизбежно проснулись бы при отодвигании тяжёлого камня и извлечении Тела Иисуса.

„Даже если предположить, — подчёркивает Дейвид Браун, — что к гробнице пришло достаточно учеников, чтобы сломать печать, отодвинуть огромный камень и вынести Тело, как могли все стражники спать так глубоко и долго, чтобы не услышать звуков от этой трудной и шумной работы, которая шла непосредственно рядом с ним?"

Молчаливым свидетелем невозможности кражи была погребальная одежда Иисуса.

„Никакой грабитель не стал бы заново сворачивать пелены, чтобы придать им прежнюю форму, — пишет Меррилл Тенни, — поскольку у него не было бы на это времени. Грабители раскидали бы пелены в беспорядке и бежали бы вместе с Телом. Страх перед разоблачением заставил бы их быть как можно более торопливыми".


У профессора Альберта Роупера читаем следующее:

„Такая опрятность не сочетается с осквернением и ограблением могил. Если кто и пошёл бы на исполнение такого поручения он ни в коем случае не вёл бы себя так опрятно, неторопливо и спокойно. Вспоминая обстоятельства известных нам преступлений, мы видим, что преступники никогда не проявляют такой тщательной заботы о том, чтобы оставить в столь убранном и чистом состоянии то помещение, которое они ограбили или осквернили. Совсем напротив, беспорядок и разрушение — вот приметы взломщика. Таких поступков никто не совершает не торопясь, они требуют быстроты, с которой порядок несовместим. Убранная гробница, о которой свидетельствует Иоанн, сама по себе провозглашает нелепость утверждения, что Тело Иисуса похитили Его ученики".

Ещё полторы тысячи лет назад Григорий Нисский отмечал, что „расположение пелен в усыпальнице, где плат, который был обвёрнут вокруг головы нашего Спасителя, лежал не вместе с пеленами, но особо на своём месте, по-прежнему свёрнутый, не говорит о страхе и спешке похитителей, а значит, опровергает рассказ о похищении Тела".
О том же самом писал Иоанн Златоуст, также живший в IV веке. „Скажем и о пеленах, склеенных смирной, ибо Пётр видел их лежащими. Ибо если бы они были расположены к краже, они не похитили бы Тела обнажённым, и не только во избежание бесчестия, но и потому, что не имели времени раздевать Его и страшились разбудить тех, кто жаждал схватить их. Особенно когда пелены были со смирной, благовонием столь прилипающим к телу и скрепляющим его с одеждой, что нелегко было бы снять погребальные одежды с Тела. Те же, что сделали это, нуждались в долгом времени, и снова мы видим, что рассказ о воровстве не содержит истины.

Разве не знали они ярости евреев? Разве захотели бы они навлечь её на себя? И с какой пользой для них, если Иисус не воскрес?"

Знаменитый преподаватель права в Гарвардском университете Саймон Гринлиф пишет по этому поводу:
„Погребальные пелены, аккуратно лежавшие на своём месте, и лежащий от них отдельно свёрнутый платок свидетельствовали с полной очевидностью, что никто не проникал в гробницу и не грабил её, так как эти пелены и благовония представляли большую ценность для грабителей, чем голое Тело — и уж во всяком случае они не стали бы тратить времени на то, чтобы снова их свернуть. Те же обстоятельства указывают, что Тело не было похищено друзьями Иисуса, которые не оставили бы погребальных пелен в гробнице. Все эти обстоятельства заронили в душу Иоанна зерно веры в воскресение Иисуса".

Подробное описание погребальных одежд дано Генри Лейтемом, который, отмечая, что все они находились в одном месте, добавляет свои соображения относительно „…ста литров благовоний. Эти благовония находились в сухом состоянии; упоминаемое их количество велико, и при разматывании пелен порошок смирны и алоэ должен был просыпаться на каменное ложе или на пол, образовав весьма заметную кучу. Вышедший из гробницы Пётр в своём подробном описании не мог пройти мимо неё. Г-н Бирд не забывает о благовониях, и пишет, что они отягощали погребальную одежду, однако упускает одно обстоятельство, которое представляется мне немаловажным, а именно: если пелены были размотаны, то благовония просыпались бы и были бы заметны. Благовония не упоминаются, и это должно означать, что они остались между слоями погребальной одежды и были невидимы".

Ученики не стали бы уносить Тела Христа.

„У учеников не было решительно никаких причин для того, чтобы уносить Тело, погребенное с почестями, — считает Уилбур Смит. — Они ничего не могли больше сделать для Тела своего Господа. Иосиф из Аримафеи никогда не велел им уносить Тело с места первоначального погребения, не советовал этого и никто другой, и, следовательно, если бы они пошли на такой поступок, то сделали бы это не для того, чтобы почтить Господа или спасти самих себя, но лишь для обмана других, иными словами, для того, чтобы внушить жителям Палестины ложь об Иисусе. Заметим, что кем бы ни были эти ученики, следовавшие за Господом в течение трёх лет, лжецов среди них не былоза исключением Иуды, которого к тому времени уже не было в живых. Их никак нельзя назвать низкими людьми, склонными к обману. Невозможно представить, что после товарищества со Святым Сыном Божьим, Который Сам осуждал ложь и всегда стоял на страже истины, после Его учения о самой возвышенной праведности, о которой слышали в этом мире до Него, — невозможно представить, что эти одиннадцать учеников вдруг сговорились пойти на такое презренное дело".

Они ещё не сознавали истины воскресения, и потому не стали бы её изобретать.

Как замечает Джон Ф. Уитуэрт, „очевидно, они не понимали, что на третий день Он должен был восстать из гроба, и, несомненно, были поражены Его воскресением. Эти обстоятельства опровергают мысль о том, что они могли даже задумать похищение Тела, чтобы создать впечатление воскресения".

„Даже если бы ученики не постеснялись похитить Тело, — пишет профессор А. Б. Брюс, — они были не в том состоянии духа, чтобы задумать похищение или предпринять его. У них не оставалось душевных сил на такой отважный поступок. Свинцовый груз печали на их сердцах делал их едва ли не такими же безжизненными, как то Тело, которое они якобы похитили. Далее, предполагаемый мотив похищения никак не мог двигать ими в то время. Похитить Тело, чтобы распространять веру в воскресение! Какая польза была им от проповеди того, во что они сами не верили? „Ибо они ещё не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мёртвых…" (Иоан. 20:9). Не помнили они и того, что сказал им их Господь об этом перед Своей смертью".

„Ученики были людьми честными, — пишет Джеймз Росскап, — и не могли бы навязывать народу ложь. Они провели весь остаток своих дней проповедуя воскресение, превратившись из трусов в героев. Они не боялись арестов, тюрем, побоев, и страшных казней, и никто из них не отрёкся от Господа, никто не оставил своей веры в Его воскресение".

Обсуждая теорию похищения, Пол Литтл подчёркивает её „психологическую и этическую невероятность. Похищение Тела Христа — это нечто полностью чуждое характеру Его учени ков и всему, что нам о них известно. Это означало бы, что они распространяли заведомую ложь, из-за которой были обмануты и в конечном счёте погибли многие тысячи людей. Невозможно представить, что даже если несколько учеников замыслили и осуществили похищение, они никогда не рассказали бы об этом остальным".

Комментируя теорию похищения Тела Христа учениками, британский юрист Дж.Н. Д. Андерсон отмечает, что „это противоречило бы всему, что мы знаем о них: их нравственному учению, содержанию их жизней, их упорству перед лицом страданий и преследований. К тому же это никак бы не объяснило их внезапного преображения из павших духом беглецов в свидетелей, которых не могли заставить замолчать никакие противники".

„Даже противники христианства приходят ей на помощь в данном вопросе, — пишет Кеван о теории похищения. — Известный скептик Штраус (1808-1874) отвергает теорию обмана со стороны учеников, считая её морально несостоятельной. „Историк, — пишет Штраус, — должен признать твёрдую веру учеников в воскресение Христа“".
„Сегодня эту теорию открыто опровергают даже многие ортодоксальные еврейские иследователи, включая самого Клаузнера, который, будучи полностью с ней несогласен, признаёт, что ученики были слишком честными людьми, чтобы пуститься на подобное мошенничество", — пишет У. Смит, ссылаясь на труд „Иисус Христос: Его жизнь, время и учение".
Неужели „похищенное Тело" дало Петру силы для его опровержения в „Деяниях Апостолов" (4:8-12)?

„Тогда Пётр, исполнившись Духа Святого, сказал им: начальники народа и старейшины Израильские! Если от нас сегодня требуют ответа в благодеянии человеку немощному, как он исцелён, то да будет известно всем вам и всему народу Израильскому, что именем Иисуса Христа Назорея, Которого вы распяли, Которого Бог воскресил из мёртвых, Им поставлен он пред вами здрав: Он есть камень, пренебрежённый вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения; ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись" (Деян. 4:8-12).
„Сила Господа так вдохновила Петра в день Пятидесятницы, — поясняет Уилбур Смит, — что за один тот день, после проповеди, посвященной главным образом истине воскресения Христа, три тысячи душ пришли к Господу. Одно ясно: Пётр, во всякомслучае, проповедовал то, во что верил и сам, — что Бог воскресил Христа из мёртвых. Невозможно с такой силой проповедовать сознательную ложь. Ученики продолжали проповедовать воскресение, покуда весь мир не преобразился верой в эту светлую истину. Нет, ученики не похищали — и не могли похитить — Тела нашего Господа".

Все ученики, кроме Иоанна, приняли мученическую смерть. Их преследовали за праведность, их веру и учение. Как отмечает Пол Литтл, „люди пойдут на смерть за то, во что они верят, пусть сама вера и ошибочна, но не ради заведомой лжи". В действительности они „постоянно ссылались на воскресение Иисуса как на основу своего учения, проповедей, жизни и — что важнее всего — смерти". В свете этого гипотеза о похищении Тела учениками представляется совершенно нелепой.

Трудно не согласиться с Джоном Р. У. Стоттом, который считает эту теорию „попросту неправдоподобной. Она настолько сомнительна, что практически не имеет права на существование. Если из Евангелий и Деяний что-нибудь вытекает, то это прежде всего искренность апостолов Они могли поддаться заблуждению, если угодно, но не пошли бы на обман. Лицемеры и мученики — это две разные породы людей".

Теории о том, что Тело Иисуса вынесли из гробницы евреи, римлян или Иосиф из Аримафеи, ничуть не убедительнее, чем гипотеза о похищении его учениками.

Евреи не стали бы уносить Тело.

„Всего через семь недель, — пишет Дж. Андерсон, — если верить письменным источникам — при том, что у меня нет оснований полагать, что христианские авторы придумали этот трудный для объяснения семинедельный промежуток, — так вот, всего через семь недель весь Иерусалим бурлил проповедью воскресения. Апостолы несли весть о воскресении всем жителям города, вызывая большое недовольство первосвященников. По их словам, апостолы пытались возложить на них вину за гибель этого человека, обвиняли их в том, что они распяли Господа славы. И они были готовы на всё, чтобы в зародыше подавить эту ересь".

Если первосвященники приказали убрать Тело из гробницы, почему же в ответ на проповедь апостолов о воскресении они попросту не объявили об этом? Почему они не сообщили, где теперь находится Тело? Почему, если бы и этому не поверили, они не достали бы Тело снова, не погрузили его на телегу и не провезли по центру Иерусалима? Такие действия погубили бы христианство даже не в колыбели, а в материнской утробе!

„Очевидно, — комментирует английский богослов и философ Уильям Пейли, — что если бы Тело было возможно обнаружить, евреи представили бы его на обозрение, поскольку получили бы простейший и самый убедительный ответ на все рассказы о воскресении. Факты таковы, что несмотря на все меры предосторожности, несмотря на всю свою тревогу и все имевшиеся предупреждения, евреи так и не смогли показать народу Тело Христа после того, как появился рассказ о Его воскресении, и ученики всенародно говорили о нём, как об основе своих проповедей Его именем, собирая последователей Его религии…"

Евреи не смогли ничего сказать о местонахождении Тела Иисуса. По этому поводу Джон Уитуэрт пишет: „Всем евреям была впоследствии известна версия о похищении Тела, и однако, как замечал д-р Гил мор, „о ней ни словом не упоминалось на судах над апостолами, которые вскоре начались в Иерусалиме в ответ на их отважное и открытое провозглашение воскресения". Хотя апостолов судили перед той группой, которая зародила слухи о том, что ученики взяли Тело Христа, их ни разу не обвинили в похищении; члены синедриона ни разу даже не обмолвились о нём, а вскоре эту версию и вовсе забросили как нелепую". Римляне не стали бы уносить Тела.

Наместнику было бы только выгодно, чтобы Тело оставалось в могиле. Пилат был прежде всего заинтересован в поддержании спокойствия, а исчезновение Тела вызвало бы нежелательное волнение среди евреев и христиан.
Пилат, пишет Дж. Андерсон, „был озабочен этим странным учением. Если бы он и распорядился убрать Тело, то не мог не сообщить об этом столь расстроенным первосвященникам".

Пилат, попросту, хотел мира.

Иосиф из Аримафеи не стал бы уносить Тела.

Тайный ученик Христа, Иосиф не стал бы уносить Тела из гробницы, не сообщив об этом другим ученикам.

Даже если бы он отважился на это, то во всяком случае сообщил бы о сделанном другим ученикам позже, когда стали распространять весть о воскресении.

Итак, факты убедительно говорят о том, что Тела Иисуса никто не уносил из гробницы.
„Простая вера христианина в Воскресение, — пишет Дж.Хансон, — куда менее удивительна, чем легковерие скептика, который скорее примет самые дикие и невероятные россказни, чем твёрдые исторические свидетельства. Если трудности веры велики, то нелепости неверия — безмерны".

 



 

Поиск

© Церковь «Новая Жизнь» г. Челябинск, 2009 г. | Разработка сайта и техподдержка 4lyabinsk.ru

wwjd.ru: Христианская поискова система.