Откуда все это появилось?

Оглавление
Откуда все это появилось?
Небесное и земное
Предания
Поклонение мощам
Молитва святым угодникам и деве Марии
Иконопочитание
Исповедь
Покаяние
Миропомазание
Елеосвящение
Евхаристия
Непорочное рождение самой девы Марии
Непогрешимость Папы
Непогрешимость Православной Церкви
Священство
Безбрачие священников
Монашество
Рукотворенные храмы
Каждение
Употребление четок
Церковные Богослужения
Церковное пение

СВЯЩЕНСТВО

“Вы род избранный, царственное священство” (1 Петр. 2, 9)

По учению православной церкви священство есть таинство, в котором чрез молитвенное возложение епископских рук на избранное лицо низводится благодать Св. Духа, дающая власть пасторскую, особые благодатные дары и силу учить мирян и священнодействовать.

Существует три степени священства: первая — епископ как ближайший преемник апостолов, вторая — пресвитер, и третья — диакон. “Без них нет церкви”, учит православная церковь.
Пресвитеров и диаконов православной церкви может поставлять на служение и судить только епи-скоп, миряне же ни в коем случае этого права не имеют.

На епископа низводится сугубая благодать священства, в знамение чего при посвящении его воз-лагают на него руки не один, а несколько, по крайней мере, два православных епископа.

Лица, принимавшие в православии епископский сан, должны оставаться безбрачными. В этот сан избираются люди исключительно из монашествующих.

Только православные священнослужители оставляют за собой право именовать себя “истинными апостольскими преемниками”, так как преемственную власть они получили непосредственно от ап. Андрея Первозванного, который, по учению православной церкви, был первым апостолом-епископом греческой церкви в Константинополе. После Андрея Первозванного, там епископствовали: Стихий, Онисим, Поликарп, Плутарх… и, наконец, в 984—996 годах, Николай Хрисоверг. В 988 году, Хрисоверг поставил в Киеве первого митрополита Михаила.

Вот отсюда и ведет свое начало православный епископат. Люди, не получившие этой преемственной власти от апостолов, при всей своей богоугодной жизни и достоинствах не могут быть пастырями церкви, так как без “благодати” они только миряне, простолюдины. Те, кто посягнул бы на эту власть, поступил бы, как Корей, Дафан и Авирон, — самозванцы народа израильского (Числа, 16 глава). Тех самозванцев за их беззаконие поглотила земля, этих новозаветных подражателей следует называть “ворами и духовными разбойниками”. Посему только православные пастыри, как легальные служители, вполне заслуженно могут и должны пользоваться своим содержанием от верующих мирян, повинующихся пастырям в делах религиозной жизни.

Указанный догмат православной церкви мы, русские, получили спустя девять веков со времени возникновения христианства от греческой церкви, и в продолжение тысячи лет считали великим грехом усомниться в том, что этот догмат исходит не от апостолов. Меж тем даже самое поверхностное знакомство со Св. Писанием и с историей христианской церкви убеждает нас, что догмат этот основан на трех заблуждениях, а именно:
Он основан на отличии духовенства от мирян. Это отличие было только ветхозаветным установлением и служило прообразом различия между “миром” и “церковью”.

Священство было отличительным признаком домостроительства иудейской религии. Религия без священства, в представлении иудея, была совершенно немыслима. Вот почему христианам, обращенным из обрезанных, трудно было в самом начале порвать с этим ветхозаветным подразделением на “началь-ствующих” и “подчиненных”. Из посланий ап. Павла к Евреям, Галатам и др. мы видим, что верующие, оставшиеся верными иудейской религии, беспрерывно стремились дать доступ в христианскую церковь ветхозаветным обрядам, установлениям и церемониям.
Многие из них искренно верили, что Ветхий и Новый Заветы вполне совместимы, что христианство, в сущности, вытекает из иудейства, или служит продолжением его, а потому вся ветхозаветная структура священства должна занять место в христианской религии.

Таково было заблуждение иудействующих христиан. В действительности же мысль о делении церкви на два класса с особо привилегированным положением сословия священников чужда учению Нового Завета. Первые христианские общины были малы. Они состояли исключительно из учеников Христовых, людей “некнижных”, но возрожденных от Духа Святого. Христиане сходились вместе для молитвы, преломления хлеба и взаимного назидания, делая эти собрания в частных домах (Домашние церкви: 1 Кор. 16, 19; Кол. 4, 15; Филим. 1, 2). Духовные дары, распределенные среди верующих Духом Святым, были многочисленны, многообразны и разносторонни. Каждый член церкви принимал участие в служении. И в этом смысле каждый член церкви был “царем и священником Богу” (Откр. 1, 5—6). Он имел право и священную обязанность служить другим тем даром, каким Бог наделил. Св. Писание называет “священником” всякого верующего христианина, а совокупность верующих — “священством святых” и “царственным священством”… (1 Петр. 2, 5—9). Такой взгляд Писания устраняет всякую мысль о подразделении церкви на два лагеря: на духовенство и мирян. Древнеапостольская церковь не знала такого подразделения. Церковь современная должна быть совершенно свободна от такого заблуждения.

Подразделение церкви на две группы основано также на превратном представлении об управлении церковью.
Апостольские ученики или отцы (как их обыкновенно называют) Климент, Поликарп, Игнатий и Варнава, несмотря на те высокие преимущества, какими они пользовались, как “ученики апостолов”, очень скоро уклонились от доверенного им учения. Судя по тем творениям, которые носят их имена, эти “апостольские ученики” совершенно забыли о назначении и функциях Духа Святого в церкви и низвели церковь Христову как Тело (организм) на положение человеческого общества (организации).

Не признавая подразделения на начальствующих и подчиненных в христианской церкви, Св. Писание указывает нам на два рода служителей: старшие братья и диаконы. Старший (по-гречески Иереос), он же епископ (наблюдатель), он же пресвитер (старший), и диакон (слуга, прислуживающий у стола). Первый заботился о духовном благосостоянии церкви, второй — о материальных нуждах верующих.

В этих двух видах служения нет ни малейшего намека на то начальственное управление церковью, какое в наше время практикуется “духовенством”. Есть и должно быть одно руководство церковью — ру-ководство Духа Святого. Никакой христианин или пастырь, как бы духовно одарен он ни был, не может “заместить” Духа Святого в церкви.
Во дни апостолов и в первые века христианской церкви служение епископа было трудным, но пре-красным делом. Тогда еще епископы следовали повелению Господа: “Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугой” (Мтф. 20, 26). Епископ должен был наблюдать только за своей общиной, члены которой обычно собирались в частном доме. Епископ не господствовал над “наследием Божиим”, “но подавал пример стаду” (1 Петр. 5, 1—3). Он был слугой и рабом церкви, наставлял христиан, посещал больных, одиноких и бедных. Епископ не обладал “властью” что-либо верующим предписывать или без согласия всех членов церкви утверждать. О подчинении “низшего класса духовенства” своему епископу в то время никто и не думал. Церкви не имели иных доходов, кроме добровольных приношений верующих, и по бедности ее членов суммы церкви были ничтожны. Епископы того времени не были на жаловании. Они продолжали свое прежнее ремесло или занятия, и тем содержали свои семьи.

Сам ап. Павел был по ремеслу делателем палаток (Деян. 18, 3), являя тем добрый пример братьям по вере (1 Кор. 4, 12). Конечно, и тогда встречались епископы, питающиеся от благовествования, ибо такого было на то Божие указание (1 Кор. 9, 1—4; 2 Тим. 2, 4—16), но платить “духовенству” жалование начали только с 245 года. Продолжать светские занятия епископу было запрещено на том основании, что это не соответствует его сану. С этого времени личные интересы служителей церкви как бы разошлись с интересами всего христианства. Это обстоятельство повлекло за собою многие перемены к худшему. По мере того как росло число новых общин вокруг того или иного крупного центра, епископы, живших в го-родах, рассматривали возникшие общины результатом их благовестия и поэтому присваивали себе право поставлять в общины “своих” пресвитеров и диаконов. Таким образом, создавались церковные районы, которые греки называли “епархиями”.

Для устранения разногласий и борьбы с ересями были организованы соборы и совещания. В таких случаях, председателем собора или совещания естественно избирался епископ из столицы данной римской метрополии. Когда такой епископ возвращался к себе в столицу, ему трудно было расстаться с председательским титулом или забыть оказанную ему честь. Без труда он присваивал себе звание “ми-трополита” и требовал подчинения себе всех епископов метрополии. Для того, чтобы церковь окончательно лишилась “простоты” и “свободы” и снизошла на положение человеческой организации, на сцену выступили псаломщики, благочинные, каноники, иереи, архиереи, архимандриты, архиепископы, кардиналы, митрополиты, папы… Церковь была разделена на управителей и управляемых, пастырей и стадо, на духовенство и мирян, на людей, “облеченных властью, данной им свыше”, и простолюдинов.
Вскоре духовенство присвоило себе еще одно право: право посредничества между Богом и людьми мира сего.

Церковнослужители утверждали, что они ближе стоят к Богу и располагают всеми “таинствами”, необходимыми для замаливания грехов, допущенных мирянами. Вслед за узаконением наименований, санов, знаков отличия и других проявлений духовной гордыни и духовного тщеславия, появились “алтари”, “иконо-стасы”, “облачения”, “длинные волосы”, “церковная утварь”, “лобызание руки”, “лобызание перстня”, “лобызание туфлей” и прочее.
Некоторые из этих установленных обычаев проникли в церковь совсем недавно. Так, например, нынешняя богослужебная одежда установлена была в XIII столетии, запрещение католическим священникам вступать в брак — только в 1123 году и т. п.

Отступление церкви от заповеди Господней в вопросе священства настолько очевидно, что всякие доказательства становятся излишними.

Наблюдая результаты допущенных церковью заблуждений, хочется воскликнуть вместе с ап. Павлом: “О несмысленные!.. кто прельстил вас не покоряться истине? Вы шли хорошо, кто остановил вас, чтобы вы не покорились истине?..” “Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает…” Столь многое потерпели вы неу-жели без пользы?..” Христос же, протягивая пронзенные руки, взывает: “Вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела…” (Гал. 3, 1, 4; 6,7; Откр. 2, 5).

И, наконец, разделение церкви на “пастырей” и “пасомых” было основано на так называемой “преемственной власти апостолов”.

Это заблуждение присуще не только католической, но и православной церкви, с тою разницей, что католики утверждают свою апостольскую преемственность на ап. Петре, а православие — на ап. Андрее. Чтобы рассмотреть и этот вопрос, остановимся на трех общеизвестных фактах:

Во-первых, Сам Христос никогда не пользовался той властью, какой располагают современные священнослужители.
Власть или право господствовать над людьми всегда является великим искушением. Сатана пред-ложил это право Христу во время Его сорокадневного искушения в пустыне: “И возвед Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени. И сказал ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее. Итак, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое” (Лук. 4, 5—7). Иисус Христос отверг этот соблазн, зная, что “Сын человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для ис-купления многих” (Мтф. 20, 28). Спаситель учил, что “Царство Его не от мира сего” (Иоан. 18, 28—36), что Царство Его не будет организованно по мирскому образцу, что Царство Его не будет нуждаться в правовом положении, что оно будет существовать всюду, “где двое или трое собраны во имя Его” (Мтф. 18, 20). Наступление Царства Небесного “в силе и славе” с приходом Мессии было чаянием каждого иудея, но Христос не оправдал этих ожиданий. Христос отказался воспользоваться сатанинскими принципами власти и управления, и потому был отвержен Израилем. Власть Христа и Бога, власть, основанная не на мощи насилия, а на справедливости и любви, осуществится при Его втором пришествии. До того, момента Христос будет “камнем преткновения”, а ученики Его “прахом всеми попираемым…” (1 Кор. 4, 13), людьми отверженными и гонимыми.

Христос не давал ученикам права пользоваться плотской властью для “административного” управ-ления церковью.
Напротив, когда мать сыновей Зеведеевых просила такой именно власти для своих сыновей, Христос ответил, что она не знает, чего просит: “Вы знаете (сказал Он), что князья народов господствуют Над ними, и вельможи властвуют ими но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою” (Мтф. 20, 20—27). Вот тот драгоценный принцип, который Христос положил в основу христианского соревнования. Мы видим во что принцип этот превратился теперь!

Власть, которой пользовался Христос, была властью духовной.
Христос не имел ни раввинского диплома, ни разрешений первосвященника, ни поддержки Ирода, ни солдат Пилата и, тем не менее, говорил “как власть имеющий” (Мтф. 7, 29). Духовной власти Христа никто не мог отрицать: “народ, видя это, удивлялся и прославлял Бога, давшего такую власть человекам” (Мтф. 9, 6—8), первосвященники неоднократно спрашивали Его: “Какою властью Ты это делаешь?” (Мтф. 21, 23), “Кто Тебе дал власть делать это?” (Мкр. 11, 28). Власть, проявляемая Христом, не была властью “господствующей”, превозносящейся, уничижающей подчиненного. Это была власть любви, власть служения, власть делания добра, не ожидающая ни взаимности, ни награды. Только такую власть проявляли и Христовы ученики. Мы читаем, что “тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые не от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились” (Иоан. 1, 12 и 13). Спаситель дает власть не “называться”, а “быть чадами Божиими” и свою родственную связь с Небесным Отцем подтверждать всем своим существом. Здесь речь идет не о “сане”, а о новом “возрождении свыше” сердца и проистекающих из него новой жизни и новом характере. Власть, получаемая через возрождение свыше, проявляется в покорности, добровольном повиновении Богу, искреннем служении ближнему, победе над обстоятельством, свободе от пороков и от влияния окружающей христианина среды. Вот что говорит Писание о людях, получивших такую власть: “Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем… Но во всем являем себя, как служители Божий, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке, в чести и бесчестии, при порицаниях и похвалах: нас почитают обманщиками, но мы верны; мы неизвестны, но нас узнают, нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем; нас огорчают, а мы всегда радуемся; мы нищи, но многих обогащаем; мы ничего, не имеем, но всем обладаем” (2 Кор. 4, 8—9; 6, 4—10).

Власть духовная не может быть захвачена тем или иным лицом, монополизируема отдельной группой людей. Власть эта не может быть “преемственной”, передающейся по наследству. Власть духовная это нечто иное: как проявление Духа Святого, обитающего в сердце верующего. Власть духовная — это сила благодати Господней, “спасительная для всех человеков, научающая нас, чтобы мы, отвергнув нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке” (Тит. 2, 11-12).

Дух Святой не может переходить по наследству, равно как и не может быть заключен в рамки человеческих установлении. Дух Святой никогда не действовал по воле человеческой. Он никогда не придерживался “преемственной линии” и не считался с формальным возложением рук тех людей, которые присвоили себе архиерейское или папское достоинство.

Дух Святой вселяется и обитает в сердца тех, кто готов жить под Его водительством. Бог дает Духа Святого “повинующимся Ему” (Деян. 5, 32), Бог ниспосылает Духа Святого всякому, просящему у Него: “Ибо всякий просящий получает, и ищущий находит… Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец небесный даст Духа Святого просящим у Него” (Лука 11, 10, 13).

Получая Духа Святого, христианин получает и Его духовные дары, духовную силу, и власть, и жизнь. Бог не взирает на лица. Для Него безразлично, как мы называемся: архиереем или рыбаком, пре-освященнейшим или мирянином, священнослужителем или простолюдиным. Бог имеет дело не с нашими дипломами и саном, а с нашим сердцем: “Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, — Святый имя Его: Я живу на высоте небес… и также с сокрушенными и смиренными духом”… (Ис. 57, 15). “Посему так говорит Господь Бог: за то, что вы умножили беззакония ваши более, нежели язычники, которые вокруг вас, по уставам Моим не исполняете… пошлю на вас голод и лютых зверей, и обесчадят тебя, и язва и кровь пройдет по тебе, и меч наведу на тебя… Серебро их и золото их не сильно будет снасти их в день ярости Господа… ибо оно было поводом к беззаконию их, …и отдам его в руки чужим в добычу и беззаконникам земли на расхищение, и они осквернят его… и положу конец надменности сильных, и будут осквернены святыни их… Поступлю с ними по путям их, и по судам их буду судить их, и узнают, что Я — Господь. (Иезек. 5, 7 и 17; 19, 21, 24 и 27).



 

Поиск

© Церковь «Новая Жизнь» г. Челябинск, 2009 г. | Разработка сайта и техподдержка 4lyabinsk.ru

wwjd.ru: Христианская поискова система.